Закройте дверь перед всеми ошибками, и истина не сможет войти

Закройте дверь перед всеми ошибками, и истина не сможет войти
Р.Тагор

Каждому человеку свойственно ошибаться, но упорствовать в заблуждении свойственно только глупцу
Цицерон

Я только однажды ошибся, когда думал, что я ошибся
NN

Начну с курьеза, рассказанного А.Мацукевичем в шахматном обозрении №2 2011 года:

«Дело было в Германии. На чемпионате мира по шахматам среди сеньоров, то есть гроссмейстеров старше 60 лет. Партия М.Тайманов – М.Усачий 1.d4 Kf6 2.c4 e6 3.Kf3 Cb4+ 4.Cd2, а теперь, внимание! Наметив обычное в этой позиции 4…Фе7, черные машинально сыграли 4…Кре7?? Изумленный Тайманов даже призадумался, не ловят ли его в какую-то фантосмагорийную сверхловушку? Всмотрелся лишний раз: все как обычно. И сыграл 5.Сb4+. Усачий взялся за короля и спокойно собирался побить им на b4. И только тут понял, что натворил и сдался. Самое смешное в этой партии то, что эта ошибка встречалась на лондонской Олимпиаде 1927 года. В партии Л.Палау и С.Калибар. Правда, Калибар все-таки взял королем слона на b4. На дружный хохот подошел известный гроссмейстер Геза Мароци и завершая ситуацию, переставил белого ферзя на b3 и мат следующим ходом».

Страшно подумать, что было бы, если бы люди перестали ошибаться. С.Тартаковер в шутку утверждал, «Существование шахмат оправдывается только существованием ошибок». Возможно ли перефразировать и сказать то же о жизни, если многие философы и шахматисты проводят параллели и сравнивают жизнь с шахматами.

«Ошибка относится к истине, как сон к пробуждению. Пробуждаясь от ошибки, человек с новой силой обращается к истине» — так считал Гёте. Глубокая философская мысль, заложенная в этом высказывании, имеет прямое отношение к шахматам. Процесс борьбы в партии неминуемо порождает множество ошибок. Причины различны (физическая и эмоциональное состояние, спортивная форма, а также множество на первый взгляд посторонних факторов, как например беспокойный сон или даже плохая погода).

Просто диву даешься, когда просматриваешь партии гроссмейстеров (не говоря уже о «простых» игроках) каким образом сильный шахматист допускает за доской элементарные промахи, а рядового любителя всегда прельщала возможность посмаковать грехи «сильных мира сего», но это уже другая тема.

К примеру, лидер современных шахмат Магнус Карлсен. Ему предписывают следующую формулу, так сказать «наука побеждать» по Карлсену: «Я сделаю 50 безошибочных ходов, если вы тоже – ок. ничья. Подвох в том, что играть (как и жить) безошибочно люди не могут. Магнус же – почти компьютер, ниже определенной планки опускается крайне редко. Сидит себе, закинул удочку и ждет, когда клюнет. Он терпелив. Зато когда клюнет, своего уже не упустит – ещё одно жуткое компьютерное качество. Он не Таль и не Каспаров, он не выигрывает, скорее соперники проигрывают. Но вот последние два турнира в Лондоне и Ставангере показали, что никакой он не компьютер, у него тоже сдают нервы в ответственных партиях.

Да, к сожалению, очень много в человеческой жизни ошибок и случайностей. В.Чумакофф в статье «Случайность как неопознанная Богом закономерность описывает много ошибочных драматических зловещих и просто нелепых совпадений. Вот восхитительная история про писателя Е.Петрова:

Писатель Евгений Петров всю жизнь коллекционировал конверты… от своих же писем! Делал он это так — отправлял письмо в какую-нибудь страну. Все, кроме названия государства, он выдумывал — город, улицу, номер дома, имя адресата, поэтому через месяц-полтора конверт возвращался к Петрову, украшенный разноцветными иностранными штемпелями «Адресат неверен».

В апреле 1939-го писатель решил потревожить почтовое ведомство Новой Зеландии. Он придумал город под названием «Хайдбердвилл», улицу «Райтбич», дом «7» и адресата «Мерилла Оджина Уэйзли». В самом письме Петров написал по-английски: «Дорогой Мерилл! Прими искренние соболезнования в связи с кончиной дяди Пита. Крепись, старина. Прости, что долго не писал. Надеюсь, что с Ингрид все в порядке. Целуй дочку от меня. Она, наверное, уже совсем большая. Твой Евгений».

Наступил август, и он дождался… ответного письма. Поначалу Петров решил, что кто-то над ним подшутил в его же духе. На конверте было написано: «Новая Зеландия, Хайдбердвилл, Райтбич, 7, Мерилл Оджин Уэйзли». И все это подтверждалось синим штемпелем «Новая Зеландия, почта Хайдбердвилл». Текст письма гласил: «Дорогой Евгений! Спасибо за соболезнования. Нелепая смерть дяди Пита выбила нас из колеи на полгода. Надеюсь, ты простишь за задержку письма. Мы с Ингрид часто вспоминаем те два дня, что ты был с нами. Глория совсем большая и осенью пойдет во 2-й класс. Она до сих пор хранит мишку, которого ты ей привез из России». Петров никогда не ездил в Новую Зеландию, и поэтому он был тем более поражен, увидев на фотографии крепкого сложения мужчину, который обнимал… его самого, Петрова! На обратной стороне снимка было написано: «9 октября 1938 года». Тут писателю чуть плохо не сделалось — ведь именно в тот день он попал в больницу в бессознательном состоянии с тяжелейшим воспалением легких. Тогда в течение нескольких дней врачи боролись за его жизнь, не скрывая от родных, что шансов выжить, у него почти нет.

Чтобы разобраться с этими то ли недоразумением, то ли мистикой, Петров написал еще одно письмо в Новую Зеландию, но ответа уже не дождался: началась вторая мировая война. Петров с первых дней войны стал военным корреспондентом «Правды» и «Информбюро». В 1942 году самолет, на котором он летел в район боевых действий, пропал, скорее всего, был сбит над вражеской территорией. А в день получения известия об исчезновении самолета на московский адрес Петрова поступило письмо от Мерилла Уэйзли. Он писал: «Я испугался, когда ты стал купаться в озере. Вода была очень холодной. Но ты сказал, что тебе суждено разбиться в самолете, а не утонуть. Прошу тебя, будь аккуратнее — летай по возможности меньше.

Правда это или прекрасная выдумка, Бог знает.

А.Петросов